Czernowitz: Еврейский город, которого нет

Мессия не собирался приходить в Чернэвиц. И это несмотря на его совершенно уникальную еврейскую историю. Бог мудр. Он не оставил свой народ на развод в чужой кошаре. Он послал образного Моисея, который вывел нас всех оттуда.

С собой же мы забрали память. Всё остальное — мы оставили без сожаления. Мы оставили там даже прах пращуров и они отпустили нас с лёгкостью, напутствуя потомков убеждённостью в том, что теперь их бессмертные души смогут успокоиться от того, что нас там больше нет.

Случается, что и ностальгия приключается, но она быстро проходит. Это больше не наш город. Наш город, его непередаваемые дух и красоту мы носим с собой. Каждый день.

Черновицкие чудеса начались задолго до Катастрофы европейского еврейства. Евреи бежали в австрийское Герцогство Буковина отовсюду ещё с первой половины 19 века. Бежали от погромов. Сначала российско-имперских, потом от погромов Гражданской войны…

Чернэвиц всего этого не знал и евреи знали об этом. Там был их спасительный берег. Туда они и направлялись. Город их принимал всех без исключения, с широкой душой. А еврейские беженцы принимали его — всем сердцем и непрестанно молились за него.

Революция 1848 года в Австрии устранила национальные ограничения; хотя после поражения революции многие законы, принятые в 1848 году, были отменены, евреи могли селиться в Черновицах без ограничений. Численность еврейского населения Черновиц стала быстро расти за счет большого числа переехавших из Галиции, а также иммигрантов из России и Румынии.

В 1838 году Ружинский Ребе был арестован охранкой по подозрению в организации убийства двух евреев. Спасаясь от преследования властей, он в 1842 году перешёл русско-австрийскую границу и поселился в Австрии в Садгоре (окрестности города Черновицы).

Резиденция Ружинского ребе

Тогда ещё действовал ряд анти-еврейских ограничений, но соблюдались они спустя рукава. После преобразования Австрии в двуединую монархию Австро-Венгрию, в 1867 году, были отменены для евреев все ограничения. Делалось это в рамках инициированного Габсбургом эксперимента (единственного в своём роде), этнического уравновешивания (так называемому «буковинер аусгляйх»). И город расцвёл.

Австрийские власти во второй половине 19 века были заинтересованы в переезде евреев в Черновицы, полагая, что евреи, говорящие на идиш, будут проводниками немецкого влияния и немецкой культуры.

Особые надежды возлагались на ассимилированную еврейскую интеллигенцию, воспитанную на немецкой культуре, для представителей которой была открыта государственная служба и любые общественные должности.

Город был наполнен евреями до краёв. Евреи и немцы-австрияки составляли более 60% населения. При тотальном многоязычии и бесконечности диалектов с жителями-полиглотами — основным официальным языком, без ущерба для других — был немецкий.

Так было до конца Первой Мировой, которая на Буковине сама по себе отдельная тема необъяснимых и невообразимых нигде более еврейских чудес.

Одним из примеров подобных чудес того времени стало решение православного митрополита Буковины и Далматии доктора В. фон Рента, узнавшего в 1914 году о погромах и убийствах евреев наступавшими русскими войсками, спрятать в своей резиденции 63 свитка Торы из синагог, которые он возвратил евреям в 1918-ом, после окончания войны.

Брусиловский прорыв вместе с русской армией принес в город казачьи части, а с ними — горе, кровь, смерть и погромы. Но и тут австрийские власти оказались на высоте, не в пример советским в 1941 году: значительная часть еврейского населения Черновиц была эвакуирована в Чехию.

Оставшиеся сильно пострадали от занимавших город в 1914 и 1916 годах русских войск. Многие евреи, в том числе и еврей-бургомистр Черновиц доктор С. фон Вайссельбергер, были высланы в Россию.

В открывшемся в 1875 г. в Черновицах университете имени Франца-Иосифа с 1891 по 1914 годов пять ректоров были евреями, а также обучалось большое число евреев. Так, в 1903/1904 учебном году из 639 студентов университета 272 были евреями. В Черновицах в начале 20 века евреи составляли более 50% преподавателей университета, 58% врачей, 76% адвокатов. Президентами палаты торговли и ремесел, а также коллегии адвокатов до Первой мировой войны были евреи. Тоже самое касается и бургомистров.

Архитектор Йозеф Главка, по прямому указанию митрополита, украсил главные ворота и купола Резиденции «Звездами Давида», в знак признательности за то, что евреи Коронной земли императора Франца-Иосифа Герцогства Буковина пожертвовали на строительство комплекса огромную сумму.

Депутатом от Герцогства Буковина в райхрате тоже был еврей. Многолетний руководитель еврейской общины Черновиц Б. Штраухер (1854–1940), возглавлявший еврейский политический союз Буковины в 1897–1914 гг., был депутатом Австро-Венгерского рейхсрата от Буковины (1897–1918) и Буковинского ландтага (1900–1918).

Особый состав еврейского населения Черновиц (уроженцы разных стран), ашкеназы и сефарды, наличие большого числа представителей ассимилированной интеллигенции привело к тому, что в еврейской общине Черновиц процент последователей Аскалы был выше, чем в любой другой общине Восточной Европы.

Австрийское правление стало «золотым веком» и для города, и для Буковины, и для евреев. По большому счету город являлся «дачным посёлком» венской аристократии, где они проводили лето и где им регулярно музицировал Шопен собственной персоной.

В благодатной тени Большой столичной имперской Вены, Черновиц стал Веной Маленькой, где есть всё, что нужно отдыхающему австрийскому аристократу, тот же язык, та же архитектура, только без суеты. Даже природа и топография ничем не отличалась от Венского леса.

Ландпрезидентом Буковины являлся не кто иной, как принц/князь Конрад цу Гогенлоэ-Шиллингсфюрст — один из ближайших друзей и советников эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника империи.

Вот как описывал город в австрийский период известный венский публицист Георг Гайнцен: «Воспоминания о Венеции потихоньку уплывают в сторону, и я вновь возвращаюсь к милым моему сердцу Черновицам. …Черновицы — это корабль удовольствий с украинской обслугой, немецкими офицерами и еврейскими пассажирами на борту, который под австрийским флагом постоянно держал курс между Западом и Востоком». Коротко и ёмко. Добавить просто нечего, поскольку это было именно так и с тем же распределением «ролей».

Весь этот еврейский рай закончился с приходом румын в ноябре 1918 года, учинивших на своем пути серию кровавых еврейских погромов. При румынской власти положение евреев ухудшилось.

Хотя конституция Румынии 1923 года предоставляла гражданство жителям присоединенных земель, власти осуществляли политику дискриминации евреев: их фактически не допускали на государственную службу, евреи не могли преподавать в университете Черновиц, для студентов-евреев существовала процентная норма. Часто евреи становились жертвами нападений, особенно со стороны членов профашистской организации Союз Михаила Архангела (с 1929 года — Железная гвардия).

Большая часть австрийских евреев покинула город. Но даже при этом в 1930 году согласно переписи в городе проживало 45,6 тыс. евреев, более трети от общего числа горожан. И все они думали, что хуже уже не будет…

А потом, в июне 1940-го году пришли «красные». Черновицы, как и вся Северная Буковина, были аннексированы Советским Союзом.

Сразу же после присоединения к Советскому Союзу в городе была прекращена деятельность большинства еврейских культурных и общественных учреждений (за исключением ряда учреждений на языке идиш). Тысячи евреев были арестованы и высланы в Сибирь. Среди них было много предпринимателей и интеллигентов, еврейских общественных и культурных деятелей. Последний состав с ссыльными ушёл за два дня до начала войны.

Пришлые Советы взялись за дело со всем своим сатанинским энтузиазмом. Уж очень им мешали и богатая общинная жизнь, и «разгул опиума для народа», и «Звёзды Давида» на воротах Резиденции и университета, который тогда уже не носил имя императора Франца-Иосифа. По убеждению большевиков, там, где правили пятиконечные, не было места шестиконечным.

Посему большевики-«освободители» поступили с ними по-варварски просто и решительно. Башни, которые высоко, они уродовать не решились, да и хлопотно, но на воротах.., которые прямо по фронту и перед глазами… Вынести такое было выше их идеологических сил. Они попросту сбили «вражеские символы», налепив поверх надпись «Университет».

Но их желание того, «как лучше» неизменно формировалось в «как всегда». Под надписью остались «странные подозрительные кругляши», как бы в отместку и в напоминание за кощунство.

В ряды РККА были мобилизованы или добровольно присоединились тысячи молодых евреев (все они через несколько месяцев были изгнаны из РККА, как «неблагонадёжные»).

Но даже тогда евреи считали, что хуже уже никак быть не может и это можно пережить…

30 июня 1941 года город оставила Красная армия и стало совсем плохо. Стало безнадёжно.

При этом еврейское население города к тому моменту увеличилось за счет беженцев и составляло около 50 тыс. человек со всей Европы. Еще до вступления в город немецких и румынских войск банды местных погромщиков грабили и убивали евреев.

И наступил ад. Ад, который не подразумевал, что кто-то должен его пережить. Ад имел на то все основания. Он был очень самонадеян.

Но с адом бог прислал и ангелов…

Примара (градоначальника) Траяна Поповича «буковинского Шиндлера» (спас правда в 20 раз больше), выбившего 20000 «авторизаций». И это несмотря на то, что изначально разрешено было оставить в городе только 200 евреев (остальных в Транснистрию на смерть).

Попович с требованием не высылать евреев дошёл до аудиенции самого румынского царя Михая и добился большего, на что мог надеяться. Его подвижничество не имеет себе равных в истории Холокоста европейского еврейства. Даже и не близко.

Авторы: Пужняк Анастасия, 11 класс, Чокалюк Богдана, 11 класс
ОформлениеЧокалюк Богдана
Руководитель: Герасим Наталья Павлована

В период Катастрофы в Черновицах было столько чудес, что в них поверить еле возможно, но при том — они были, такие, каких не было нигде. Трояну Поповичу, несмотря на все приложенные усилия, не удалось предотвратить создание гетто. Но сделать его выносимым он смог.

В книге «Исповедь» Траян Попович вспоминает: «Через несколько дней после назначения меня мэром города (1 августа 1941 года) состоялась моя встреча с губернатором Риошану, и я имел возможность обсудить с ним еврейскую проблему… Губернатор просил меня выделить часть города для организации гетто. Я пытался убедить губернатора, что такая мера с культурно-исторической и технической точки зрения (чтобы часть города была обнесена колючей проволокой) является недопустимой. Риошану ответил: „Я всецело разделяю вашу точку зрения. Но что я могу сделать, если меня к этому подталкивает премьер-министр, он едва ли не ежедневно забрасывает меня телеграммами и требует организации гетто…“». 

Под гетто был выделен район города, где издавна проживала еврейская беднота. Он включал в себя сегодняшнюю улицу Сагайдачного (бывшая Сталинградская и Волгоградская), Еврейский рынок, улицы и переулки от современной улицы Главной (Ленина) до улицы Русской.

Утром 11 октября улицы город заполнился толпами народа. Евреи несли одеяла, корзины с продуктами, кто-то катил вещи в детских колясках, ручных тележках; стариков поддерживали под руки родные и близкие.

На территорию, где до войны проживало не более 5 тысяч человек, втиснули почти 15 тысяч. В своей докладной записке румынский генерал И. Топор пишет, что не представляет, как здесь можно поместить «требуемые 47−50 тысяч человек» – и без того в каждой квартире ютилось по 30−40 человек, многие жили в подъездах, лестничных клетках и коридорах, без воды и канализации. Мэр города Траян Попович не без причин опасался эпидемий.

Для организации питания в гетто были доставлены огромные чаны, в которых готовилась общественная пища: борщи и мамалыга. В то же время на территории гетто продолжала работать Еврейская больница, школы, Еврейский базар, Сиротский дом, Дом престарелых… Гетто не шиковало, но и не умирало от голода.

Также продолжали работу и получали плату мастерские и разные предприятия, выпускавшие полезную для румынской армии и фронта продукцию. Те, кто трудились над выпуском этой продукции, считались «полезными рейху» и получали освобождение от депортации – так называемую «авторизацию».

Подобно широко известному немецкому предпринимателю Оскару Шиндлеру, спасшему около 1200 евреев из концлагеря Плашув, возможностью помочь евреям, представив их «полезными рейху», воспользовался и мэр города Черновицы Траян Попович.

Далее чудеса катились снежным комом. В 1943 году евреям разрешено было не носить «желтую звезду», что невероятно. Ещё раньше было закрыто гетто и евреи получили свободу передвижения, что непостижимо.

И самое-самое… — после закрытия гетто евреи вернулись в СВОИ, хоть и разграбленные, дома и квартиры, что не имеет аналогов вовсе. В этом тоже заслуга Поповича и не важно, что к тому времени он уже был отстранён от должности самим Антонеску за «превышение должностных полномочий»... в «еврейском вопросе».

Доктор юриспруденции, адвокат, офицер румынской армии в чине майора и черновицкий градоначальник в самые страшные времена умер 4 июня 1946 года в безвестности, в глухом румынском селе, где и был похоронен тихо, без почестей.

Но в безвестности неполной. Спасенные им два десятка тысяч евреев не забыли его. Траян Попович — Праведник народов мира с 1969 года. Потомки спасенных «Ожидевшимся», как называл его тогдашний румынский истеблишмент, сегодня насчитывают не одну сотню тысяч человек. Шиндлеру до Поповича — как до луны.

Могила Праведника народов мира Траяна Поповича

На момент прихода Красной армии (апрель 1944) в городе было 18000(!!!) евреев. Единственный еврейский остров в океане европейского юденфрая с частичным болгарским исключением, поскольку Болгария не была оккупирована.

Вместе с примаром Поповичем, бог прислал его подчиненного — Теодора Кривяну, раздававшего «авторизации Траяна» направо и налево… Он это делал только потому, что считал это правильным. Он просто не понимал как можно иначе.

Теодор Кривяну. Праведник народов мира с 2007 года. Умер в Румынии в 1988 году.

Румынский офицер Теодор Кривяну был ответственным за выдачу «траяновых авторизаций» в военной комендатуре города Черновицы. Рискуя собственной жизнью, он значительно превысил лимиты по выдаче таких разрешений. И хотя после ухода Траяна Поповича с поста мэра румынские власти отобрали авторизации у почти 4000 евреев, тысячам всё же удалось выжить…

В конце концов Теодор Кривяну в 1945 году женился на спасенной им еврейке Мальвине. У них родился сын Вилли. Но жизнь непроста и долгой совместной не получилось. Мальвина с сыном репатриировалась в Израиль, Теодор остался в Румынии. Зеэв (Вилли) Кривяну и по сей день с нами — сын спасённой еврейки и Праведника народов мира с гордостью носит фамилию своего отца.

Зеэв (Вилли) Кривяну показывает имя своего отца в Саду Праведников

С Поповичем и Кривяну бог также прислал и «буковинского Валленберга» — поляка-адвоката, бывшего вице-мера Черновиц (с 1931 года) и чилийского дипломата Гжегоша Шимановича.

Когда Чилийское посольство в Румынии открыло свое консульское отделение в Черновцах, руководить им доверили именно ему. В течение года Гжегож Шиманович выдавал обреченным на смерть людям чилийские паспорта и помогал эмигрировать за границу. Известны случаи, когда консул спасал людей, уже находящихся в вагонах для отправки в лагеря уничтожения в Транснистрии. Благодаря его усилиям, около 800 евреев были буквально вырваны из рук нацистов. Оккупационные власти настояли на отставке Шимановича и ликвидации консульства. Гжегож Шиманович прожил долгую жизнь и умер в Торонто 25 сентября 1980 года.

Дом №23 по улице Ольги Кобылянской в Черновцах, в котором находилась адвокатская контора Гжегожа Шимановича, а также где он жил вместе с женой и сыном.

29 марта 1944 года Советская армия освободила Черновицы. По данным отчета от 30 апреля 1944 г. первого секретаря Черновицкого обкома первому секретарю ЦК КП(б) Украины Н. Хрущеву, численность евреев в Черновицах составляла 17 341 человек (41,8% населения всего города и это после Холокоста). Совершенно неслыханное число переживших единой общиной Холокост евреев. К примеру в Сучаве, главном городе румынской Южной Буковины, таких насчитывалось аж 173 человека.

Сколько евреев в перепись не попало не знает никто. Предположительно около 3000 человек.

Возможно ли себе представить, даже в угаре фантастического бредового безумия, что в Европе, летом 1944 года, сразу после освобождения, существовал бывший оккупированный нацистами и их союзниками город с преобладающим еврейским населением?! Нонсенс!! Нонсенс, бывший реальностью!!!

Далее пришло время советской еврейской истории. Но это уже совсем другая история. История о том, как выжившие евреи тысячами переселялись в Черновцы (так «красные» переименовали Черновицы) отовсюду, не исключая эвакуацию. И на то были вполне объяснимые причины.

В-четвертых потому, что город не был ни разрушен и ни разграблен.

В-третьих он стоял полупустым и не было проблем с жильём, поскольку с немцами ушла и большая часть румын. К тому же город потерял половину еврейского населения. Приезжавшие евреи сами находили себе пустующее жильё, шли в комендатуру и записывали его за собой.

Во-вторых из-за того, что это было единственное во всей пост-Холокостной Европе место с фантастически невообразимым количеством еврейского населения. А из этого следует самое главное «во-первых»:

Это было единственное место в пост-Холокостном европейском мире, где евреям в первые послевоенные годы погромов и убийств ничего не угрожало. Ночами они спали спокойно.

Советский период Черновцов (теперь уже Черновцов) был полон еврейских чудес о которых евреи других городов СССР и мечтать не могли.

Даже несмотря на антисемитскую кампанию 1949-1953 годов, когда по указу властей в Черновцах были закрыты все до единой оставшиеся еврейские организации, четыре синагоги и молитвенных дома, в сентябре 1949 года — еврейский театр на языке идиш, известнейший ещё с довоенных времен, где блистала самая известная в мире, неподражаемая идиш-прима — Сиди Таль — муза Михоэлса.

В 1952 году Хоральная синагога была превращена в спортивный клуб.

В конце 1950-х – начале 1960-х религиозные евреи подвергались преследованиям во время антирелигиозной кампании, проводившейся центральной советской властью по инициативе генерального секретаря КПСС и председателя Совета министров Хрущева — известного жлоба и антисемита.

В 1959 году была закрыта Большая синагога; моэль обязан был сообщать о каждой семье, в которой новорожденному совершили обряд обрезания (на что плевал). В 1960 году большая часть еврейского кладбища была превращена в общее, где евреям был оставлен небольшой участок. В 1963 году была запрещена выпечка мацы (на что забивали и всё равно пекли, власти знали). А в 1964 году запретили совершать похороны по еврейскому ритуалу (на что мочились с той-же колокольни).

И «на посошок»: в советских Черновцах никогда не было проблем ни с молитвой, ни с миньяном и самое невероятное — никогда не было проблем со шхитой — иудейским ритуальным забоем птицы и скота, дозволенных для употребления в пищу.

Черновицкая синагога «Бейт тфила Беньямин», чудом сохранившаяся в первозданном виде, включая внутренние убранство и росписи на библейские темы. Единственная действовавшая в Черновцах в советский период.

Даже в самые мракобесные советские времена в Черновцах свободно (хотя и вдали, не мозоля глаза), с ведома и тихого официального разрешения властей, работали несколько шойхетов (ритуальных резников) в разных углах города.

Я лично стоял ребенком и подростком (благо рядом с домом) в этих предшабатних очередях с курами наперевес, будучи вполне уверенным в том, что оно есть совершенно обыденное и так везде.

А теперь уж и вовсе «насмерть»: каждый Йом-Кипур советская милиция перекрывала полностью улицу (кстати весьма важную городскую магистраль) на которой стояла единственная действующая синагога.

Десятки тысяч празднично одетых евреев, семьями, стекались к ней, невзирая на чинимую ими «антисоветскую идеологическую диверсию», к исходу Судного дня… Перекрывали загодя, ибо понимали, что там всё равно будет не проехать. Разве только на танке и тот будет подбит на подступах.

Интерьер синагоги «Бейт тфила Беньямин».Именно эта, ныне не действующая синагога навсегда останется в сердцах евреев Черновиц советского периода. Никакая другая её не заменит. Ни ту, что отреставрировали для ХАБАДа, ни реставрируемый во всём своём напыщенном великолепии апломба и богатства дворец-резиденция Ружинского цадика. Эта синагога, построенная в 1923 году, пережила всё и всех. И румын, и коммунистов, и нацистов. В каждом из нас частичка именно её.

Кто-то когда-нибудь видел в советские времена, как с первым звуком шофара закуриваются десятки тысяч сигарет? Кто-то может себе представить этот столб табачного дыма? Даже представлять себе оное не собираюсь, ибо мне не за чем, поскольку я не только видел этот «фестиваль» ежегодно, но и сам свою поджигал, как подрос и покуда родители «не видели».

Всего этого больше нет и никогда там не будет. Нет больше еврейского города. Город — это люди. Нет их — нет его. Еврейская история Буковины и Черновиц стала еврейской историей выходцев оттуда. И слава богу, что так.

Автор — Паршойн Гелибтер-Гелейгер

Next Post

Инсталляция в Вене, посвященная Холокосту, осквернена уже в третий раз

Сб Июл 6 , 2019
Share on Facebook Tweet it Share on Google Pin it Email Share on Facebook Tweet it Share on Google Pin it Email В Вене открыли художественную инсталляцию с масштабными портретами евреев, переживших Холокост. Среди них есть изображения нескольких выходцев из Буковины. 26 мая инсталляция была сильно повреждена — неизвестный преступник […]